Премия без жюри, спонсорство без пиара

Интервью с меценатом Александром Жуковым

На смену меценатству давно пришло спонсорство: эффективный способ саморекламы, возможность совместить полезное с полезным: сделать что-то благое и получить выгоду. Спонсор, который помогает культуре ради неё, а не себя, – существо из мира идей. Но нам удалось встретить его земное воплощение.

Александр Петрович Жуков – геофизик, предприниматель, меценат, который не стремится сделать себе рекламу. Фонд Александра Жукова поддерживает «Новую Пушкинскую премию», фотовыставоки Integritas NATURA и Integritas HOMO, на деньги фонда проводится День памяти Ахматовой под Санкт-Петербургом, восстанавливаются церкви. Об этих проектах и о меценатстве вообще Александр Жуков рассказал «Новой газете».

– Большинство литературных премий создаются для того, чтобы поддержать авторов, дать им толчок вперёд и таким образом повлиять на литературный процесс. У вас была та же цель?

– Не совсем. Наша премия выдаётся по двум направлениям. Первое – за совокупный творческий вклад на протяжении последних 20-30-ти лет. В этом случае мы хотим отметить, отблагодарить тех, кто многое сделал для литературы. А второе – за новаторство. Тут важно не столько то, что человек успел, сколько его потенциал. И главное - как-то почувствовать возможности автора и поддержать его. Все, кого мы выбирали раньше, потом резко пошли вверх.

– Получается, таким образом вы даёте авторам возможность получить большую степень известности.

- С какой-то стороны да, но я не думаю, что она им очень нужна. Они самодостаточны, как правило, и знают себе цену. Есть определённый круг тех, кто их читает. У нас нет цели сделать авторов широко известными. Это люди умные и у них нет желания, чтобы все вдруг начали массово читать их книги. Они хотят, чтобы был свой круг людей, которые ценили бы их и их творчество. Вот в этом мы немножко помогаем.

– Ваша премия сильно отличается от других тем, что нет официального жюри.

– Многочисленные жюри, огромные опросы – это не наше. Потому что мы не ангажированы и абсолютно ни от кого не зависим в отличие от других премий. Взять ту же Букеровскую премию… Это постоянная борьба. Там жюри – люди, не имеющие никакого отношения к литературе, но их лоббировали те, кто преследовал свои политические цели. У нас же всё по-другому. Нам ни к чему борьба кланов и чьих-то чужих интересов. Решения принимает узкий круг людей, голос прозаика Андрея Битова решающий. В наше динамичное время очень много авторов. Но всё равно те, кто что-то из себя представляет, на виду. Остаётся только посмотреть и решить, кто из них наиболее достоин.

- А как родилась идея создать литературную премию?

- Это было 4 года назад на вручении премии журнала «Новый мир». Она безденежная. Когда её вручили одному поэту, он произнёс такую фразу «спасибо, я очень счастлив получить эту премию, но хотелось бы чтобы было и какое-то материальное вознаграждение». Рядом со мной сидел Андрей Битов. Вместе мы над этим задумались: есть какие-то деньги, есть люди, которые смотрят в окружающее пространство и оценивают происходящее. И мы решили создать новую премию, независимую, но с финансовым вознаграждением для авторов. Уже позднее к нам с Битовым присоединились Литературный Музей имени Пушкина как соучредитель и музей-заповедник «Михайловское». Мы решили вручать премию 26-го мая, в день рождения Пушкина по старому стилю.

- Ещё одно мероприятие, которое вы поддерживаете, - день памяти Ахматовой. Это полностью ваша инициатива?

- Отчасти. Началось всё с того, что мы с Александром Найманом и Андреем Бобышевым, «ахматовскими сиротами»*, приехали на побережье Финского залива, в Комарово, где похоронена Анна Андреевна. Там же находится ахматовская будка - маленькая дачка, которую ей предоставил литературный фонд. В этой будке в Комарово Анна Андреевна прожила порядка 10-ти лет и написала там очень много стихотворений. Собственного жилья у неё не было, и эта дачка - единственное место, которое она считала своим. Тогда, два года назад, мы посмотрели на будку – она была в жутком состоянии. Ещё год-два – и от неё ничего не осталось бы, всё прогнило. Крыша могла вот-вот обвалиться. Буквально той же осенью я прислал людей – и за 3 месяца всё сделали. Будку восстановили такой, какой она и была, но уже из новых материалов. Сейчас в ней живёт Валерий Попов, довольно известный в Санкт-Петербурге и вообще в России писатель.

- А в чьём владении будка?

- Это литфонд.

- То есть, у литфонда не было возможности её отреставрировать.

- Конечно нет, откуда у них на это деньги? Всё, что им там принадлежит, уже давно разваливается. А после того, как мы отреставрировали будку, появилась идея дня памяти. Найман написал просто потрясающее эссе, хотя нигде не публиковал его. Вообще это событие мы не афишировали. На первом вечере было человек пятьдесят-шестьдесят – кто знал, те и пришли. И всё прошло очень хорошо, очень душевно. В этом году мы проводили день памяти второй раз. Мы ездили компанией – Найман, Городницкий, Ким, Битов, Крючков. И хотя, опять же, никто ничего не афишировал, было человек 350. В следующем году, я думаю, это уже станет традицией. Параллельно в Комарово сейчас снимается документальный фильм об Ахматовой. Основная его часть уже готова.



 


Поиск по сайту